По тонкому льду

16 марта 2014

Из настоящего производственника — руководителя крупного агро-предприятия он давно уже превратился в очень публичную личность, в человека, которого часто цитируют газеты и которого постоянно слышно на различных выступлениях. В частности в Заксобрании. В последнее время все обратили пристальное внимание на предприятие, учредителем которого он является, - «Абсолют-Агро» уже несколько месяцев терпит бедствие из-за вступления в ВТО. Сам же Константин Мошуренко, с кем сегодня и встретились «БН», покидает фракцию «Справедливой России», которую возглавлял в Заксобрании и становится независимым депутатом.

Меня «ушли»

- В 2011 году, когда мы первый раз делали с вами интервью, одним из первых мы задали вопрос, почему о вас почти ничего нет в прессе. Сейчас все изменилось — вы практически каждый день на первых полосах деловых изданий. Это было запланировано заранее или получилось случайно?

– Я обычно не говорю о вещах, касающихся лично моей персоны, а выбираю актуальные проблемы, которые требуют пристального внимания: точечная застройка города, например, сельское хозяйство, политика. Это то, что меня интересует. Проблем много, поэтому и высказываюсь часто.

- Начнем с самого обсуждаемого. Расскажите еще раз о причинах того, почему вы вышли из фракции «Справедливой России»?

– Более уместно будет сказать, что не я ушел, а меня «ушли». Если не вдаваться в большое количество деталей, то я уже говорил, что я вышел из-за идеологических разногласий по тактическим вопросам с руководством кировского регионального отделения (КРО). Перед пленарным заседанием Заксобрания был проведен совет КРО, на котором мне были высказаны рекомендации о том, чтобы я снизил уровень критики исполнительной власти. В частности мне сказали, что надо поменьше внимания обращать на депутатов, голосующих, как правило за позицию «Единой России» или позицию правительства. Я же в своей работе руководителя фракции Заксобрания при любых вопросах опирался на базовые принципы программы партии. Когда было сказано, что на них надо обращать поменьше внимания и идти в определенном направлении, я сказал, что я не вступал в партию Доронина или Миронова, а вступал в партию, имеющую социал-демократическую платформу, и работать на совершенно других принципах не собираюсь.

- Из самой партии уходить не будете?

– Нет, если меня не выгонят...

- А есть предпосылки?

– Не знаю. Я - член партии, я высказываю свою точку зрения, отстаиваю ее, в том числе и на любых партийных мероприятиях. Но мне не интересно какое-то противостояние внутри партии, поэтому я вышел из фракции и буду продолжать свою работу в числе самостоятельных, независимых депутатов. Изменится ли после моего ухода позиция и политика, проводимая фракцией «Справедливая Россия» в областном Заксобрании и Кирово-чепецкой думе? Думаю, что сильно изменится. Но поживем-увидим.

- Вы думаете, она станет более лояльной к партии власти и менее оппозиционной?

– Не знаю, посмотрим. Им и карты в руки.

- Вы сказали, что во фракции вы, прежде всего, не сошлись во взглядах с Сергеем Дорониным. На вашем совместном бизнесе это никак не отразится?

– Никак. Я не считаю, что акционеры должны придерживаться единого мнения по вопросам, не касающимся бизнеса. Задача акционеров - выбрать руководство компании и определять, какие вопросы в первую очередь должны быть прописаны в уставе. И все.

Нас продали ВТО

- Кстати об «Абсолют-Агро». На аграрном комитете перед последним Заксобранием вы рассказали, что ваши проблемы постепенно решаются, что руку на пульсе держит сам губернатор. Когда все может измениться?

– Действительно, есть программа спасения производства на территории Кирово-чепецкого района. Она находится под контролем губернатора и он принимает самое основное участие в этом процессе. Шанс есть. Но эта процедура достаточно длинная, и если она будет пройдена, то полагаю, все получится. К сожалению, как правило, когда предприятие подпадает под банкротство банком, потом от него остаются одни руины. Поэтому сегодня и губернатор понимает, что от крупного производственного комплекса зависит целый район: три населенных пункта, в которых проживает более 4 тыс. человек. И наш коллектив пытается сделать все, чтобы сохранить производство. Это непросто при заблокированных счетах и трудной финансовой ситуации, которая сложилась, как я уже говорил, из-за двухлетнего неурожая, падения цен на продукцию и чуть ли не двукратного роста цен на сырье.

- Вы говорили, что кормов на какое-то время у вас хватит?

– Кормов сейчас заготовлено только на полмесяца. Своего зерна мы не собрали из-за засухи. Используется только покупное. Губернатор это понимает и поэтому у нас с ним буквально два раза в месяц по этим вопросам проводятся совещания.

- Сколько-то людей на предприятии уже сокращено?

– Сокращения не состоялось, и практически не было задержек по заработной плате. Но надо сказать, что коллектив добился этого в сложных условиях.

- Как разрешился вопрос с жильем в селе Каринка? СМИ писали, что вы отказались платить какую-то часть за него.

– Это были газетные «утки» и вранье. Ни один из получивших жилье людей не заплатил за него ни копейки. Все предоставлялось предприятием.

- На том же комитете Николай Киселев, депутат Заксобрания Кировской области и член Агропромышленного союза России обвинил вас в том, что вы сами отчасти виноваты в сложном положении вашего предприятия, что надо было больше денег вкладывать в производство и меньше забирать себе. Он, по-вашему, не прав?

– Я Киселеву не очень доверяю. Он часто любит повторять, что он - не экономист. «Я, - говорит он, - не экономист, но так думаю». Но если ты не специалист, то сложные вопросы экономики тебе лучше не комментировать. Это первое. Во-вторых, как можно обвинить руководство конкретного предприятия во вхождении страны в ВТО? Никто не скрывает, что отрасль свиноводства сильнее всего пострадала от этого. Может быть, он считает, что никаких последствий не было? Может быть, не было засухи? Кроме того, из-за сухого лета наибольшие в количественном объеме потери понесли мы (так как засевали огромное количество площадей). Но Киселев за все эти годы ни разу не привел в пример наше предприятие, как пострадавшее от засухи. Это говорит о его ангажированности и политических пристрастиях.

- Когда ваше предприятие выйдет из кризисной ситуации, насколько его хватит в дальнейшем? Как вы видите будущее «Абсолют-Агро»?

– Тут загадывать сложно. Я бы предпочел говорить не о предприятии, а об отрасли в целом. Перспективы свиноводства, на мой взгляд, зависят сегодня от политики правительства, что и показывает этот кризис. Задержка на три года решения о пролонгации инвестиционных кредитов привела к очень плачевным показателям во всех отраслях сельского хозяйства. Вопрос закредитованности агрокомплекса обсуждается уже не первый год. Здесь ярко проявилось лоббирование некоторых крупных игроков на рынке: многие говорили, что пролонгация кредитов не нужна, и что надо банкротить предприятия. К сожалению, эта же позиция была поддержана правительством, и под всяческими предлогами нам отказывали в пролонгации длинных кредитов, хотя огромное количество экономистов, глав регионов и руководителей предприятий доказывали, что она нужна. Речь идет о сумме кредитов в полтора триллиона рублей, а при наличии доходности в сельском хозяйстве порядка 70-80 млрд. рублей понятно, что отдавать эти долги придется около 20-25 лет. Кроме того, при ухудшении в банках ситуации с кредитованием предприятия не могут нормально развиваться. И это глобальная проблема. Не знаю, почему товарищ Киселев считает, что все зависит только от руководства нашего предприятия. Правительство естественным образом привело тысячи производств и производителей на грань банкротства. Недавно все же было принято решение пролонгировать кредиты по инвестиционным проектам, но только по отрасли молочного животноводства. По некоторым причинам в свиноводстве власти стоят стеной. Здесь имеет место лоббирование чьих-то интересов и, на мой взгляд, эти решения носят не полезный характер.

- А чьи интересы лоббируются?

– Крупных игроков, которые пытаются захватить рынок. Есть данные, что эти компании за прошедшие годы существенно увеличили процент доли рынка для своей продукции и они же были замечены в лоббировании вышеозвученных решений.

- Последствия вступления в ВТО, как я понимаю, с каждым годом, будут еще больше усугубляться...

– Тенденции пока негативные. И я думаю, что все-таки решения о дополнительной поддержке сельского хозяйства будут приняты, но только после того, как произойдет передел рынка. На мой взгляд, это, конечно, вредно для экономики. По мнению тех, кто это делает, это благо. Стандартная фраза, которая была на устах у всех сельхозпроизводителей и у правительства – о продовольственной безопасности страны - в последние годы не воспринималась банками и чиновниками. Видимо, они считали, что это досужие вымыслы: кого мы можем опасаться? Но события на Украине и то, что мы все встали на тонкий лед чуть ли не состояния войны, показали, что страна может быть заблокирована в экономическом отношении. Что такое экономическая блокада? Проще всего прекратить поставки импортного продовольствия в страну, когда они составляют до 50% всей нашей продукции. И что тогда? Цены вырастут в 2-3 раза, а прилавки окажутся пустыми. Конечно, людям, принимающим на политическом уровне подобные решения, нужно думать, в первую очередь, о государстве. Но это сегодня не часто происходит.

- К Украине мы еще вернемся. Скажите, какие меры правительство будет, на ваш взгляд, принимать, когда произойдет передел рынка, о котором вы говорите?

– Более существенные. Я думаю, что через 2-3 года будет сказано, что надо срочно вернуться к расширению поддержки сельского хозяйства. И, в конце концов, кредиты и для свиноводства, и для птицеводства будут пролонгированы. Причем затраты на это требуются не такие уж и большие: в сравнении с другими принимаемыми решениями по различным глобальным проектам – это вообще копейки.

- В Кировской области, на ваш взгляд, много предприятий выдержит такой передел рынка и доживет до помощи?

- Будем надеяться, что доживут. Мы над этим и работаем. Сейчас в Законодательном собрании просим, чтобы хотя бы на региональном уровне сельхозпредприятиям оказывалась большая поддержка. И недавно этого удалось добиться. Хотя в этом году опять все бюджеты секвестированы. Но всегда в случае появления каких-то дополнительных доходов мы будем отстаивать интересы сельского хозяйства.

Терроризм в архитектуре

- Такая активная деятельность в Заксобрании не мешает вашему бизнесу. И наоборот. Как вам удается все успевать?

– Я занимаюсь такой деятельностью с 1993 года и особых проблем никогда не испытывал ни в политической, ни в общественной жизни. Оценивать же мою политическую работу должны другие люди. Последняя моя инициатива в Заксобрании, например, – проблема точечной застройки. Я предложил не принимать поправки к закону о регулировании градостроительной деятельности с целью его доработки и внесения туда целого ряда статей, запрещающих точечную застройку в исторических зонах. В Кировской области огромное количество замечательных исторических городов – и Уржум, и Слободской, и Киров, которые уже сегодня требуют спасения от уничтожения. Мы занимаемся этими вопросами уже второй десяток лет. На мой взгляд, точечная застройка – это безвозвратное уничтожение городского пространства. Почему какой-то там самый умный бизнесмен может прийти к градоначальнику и договориться о том, что в шаговой доступности от какого-нибудь исторического памятника – в овраге Засора, например, - будет построен безобразный торгово-развлекательный комплекс? И это на улице Ленина, где все дома по сути являются исторической ценностью. А эту новостройку потом не убрать ни через какие суды. Эти действия можно сравнивать с терроризмом в архитектуре. К сожалению, партия власти проголосовала против этих предложений. Но я уже на комитет вынес предложение об инициировании и создании рабочей группы по разработке изменений в наш закон, касающийся регулирования градостроительной деятельности в части ограничения точечной застройки в исторических центрах городов. Закон очень слабый и его можно развивать и развивать. Градоначальники, естественно, этого делать не будут. Достаточно сказать, что три года в Кирово-Чепецке мы боремся за принятие правил благоустройства города. Его пространство, несмотря на то, что он достаточно молод, уже уничтожается.

- А ваша уже бывшая фракция поддерживает вас в этом вопросе?

- На прошлом Законодательном собрании мне удалось убедить ее проголосовать в этом вопросе за мою позицию, но как она дальше будет голосовать, я не знаю. Будучи руководителем фракции я всегда проводил работу по объединению оппозиционных партий при принятии различных решений. Не всегда это удавалось, конечно, по ряду причин. Но, например, по вопросу помощи инвалидам именно усилиями консолидированного голосования нам удалось принять поправки, за которые партия власти долгое время не желала голосовать. Что касается нашумевшего вопроса относительно принятия тарифа для капремонтов жилых домов, то борьба по нему шла в течение полугода. И здесь мне почти удалось объединить всех депутатов от оппозиции. Но не хватило буквально 2-3 голосов. Опять же по причине того, что депутаты фракции голосуют против своих коллег за позицию партии «Единая Россия». Сегодня я, уже как независимый депутат, готовлю новое предложение по вопросу введения социальной нормы на электричество. Я предлагаю Заксобранию Кировской области обратиться к правительству и Медведеву для того, чтобы полностью отказаться от введения этой нормы на территории страны, потому что экономический эффект от этого нововведения не просчитан, а значит сомнителен. Предполагается, если вы знаете, введение социальной нормы потребления электроэнергии, которая, по предварительным расчетам, может составить около 50 КВт в час. А это всего несколько лампочек и утюг. Если вы используете больше электричества, то платить будете в 2-3 раза больше. Это может привести к новым социальным потрясениям и падению благосостояния людей. Понятно, что люди, столкнувшись с такой ситуацией, начнут экономить на себе: не включать стиральную машину, пылесос, кофеварку. И куда мы придем? Такого у нас не было последние 50 лет. Мы же можем принять норму, например, в 200 КВт в час. Она будет устраивать минимальный набор электроприборов. Но это можно сделать только объединив всех депутатов оппозиционных фракций. Я не питаю иллюзий, что кто-то из «единоросов» нам поможет. К сожалению, практика показывает, что при решении подобных вопросов они почти единогласно голосуют так, как предлагает либо исполнительная власть, либо их партийное руководство.

Сменить Медведева

- Теперь об Украине. Чем чреваты могут быть решения нашего политического руководства по поводу Крыма. Вы против ввода российских войск в эту страну?

– Против этого высказался и сам президент. Мое мнение, что на Украине, конечно, против режима Януковича выступил народ. Причем не только западная Украина, а подавляющее большинство населения страны. И главным лозунгом этой революции было что? «Банду геть». Никто не хотел ни присоединяться, ни отсоединяться. Просто народ не желал работать с Януковичем дальше. Второй момент — конечно, в революциях ничего хорошего нет, и она рождает беззаконие. Другой вопрос, что пропаганда, которая проходила последнее время на центральных каналах, была явным перебором. Выступил президент, пытаясь дать отрезвляющий посыл нашим политикам, которые сразу убежали вперед паровоза. Путин подчеркнул, что с украинским народом мы всегда жили и будем жить дружно. У граждан же Украины есть обида на то, что сегодня говорится по телевизору, потому что картинки у нас рисуются совершенно недостоверные, мрачные: будто народ чуть ли не на улицах раздевают. Решение поддержать Крым в его самостоятельности правильное. Другое дело, что наш президент шел по тонкому льду, и важно было не скатиться дальше по эскалации этого конфликта. Ту спецоперацию, которая проходит в Крыму, мог сделать только Путин. При всех наших претензиях к его деятельности в экономике, в государственном строительстве, системе выборов, надо отдать должное, что во внешней политике в вопросе проведения спецопераций лучше него сегодня никого нет. И то, что происходит в Крыму, это доказывает. Крым нужен нам не для курорта, а в геополитическом плане. А Украина никуда от России не денется — она экономически завязана на нас, а не на Запад. Никто не будет, кроме нас покупать украинское молоко, сметану, мясо, зерно. Поэтому для российского бизнеса в целом никаких угроз нет. Ситуация скоро нормализуется. А Крым всегда был российским, и если эта территория сохранит тот статус, который предполагается сегодня, будет нормально.

- Я правильно понимаю, что вы не придерживаетесь того мнения, что после российских действий в Украине изменится политика Запада по отношению к нашей экономике?

– Ничего не изменится. Все «устаканится». В этом вопросе Путин грамотно все рассчитал. Все шероховатости сгладятся через год, все вернется в то русло, в котором и проводились процессы международного сотрудничества. И тому есть много причин. Сегодня уже стало понятно, что Европа не хочет отказываться от экономических отношений с Россией. Там стоял вопрос тонкой политической игры: насколько далеко может зайти Россия в своих заявлениях по Украине. Когда в ближайшем будущем статус КВО закрепится, это устроит всех и даже саму Украину.

- А девальвацию рубля вы не связываете с проблемами на Украине?

– Конечно, здесь прямая зависимость. Но это не такой большой рост, как был до этого, когда евро с 43 рублей «скаканул» до 49,5. Когда начнется диалог, это все скорректируется. Но проблема в том, что ситуация на Украине - это частное политическое влияние на рост рубля. Основная же загвоздка заключается в разрастании кризиса, падении производства, которое мы прогнозировали еще несколько лет назад. Эта проблема, конечно, сегодня более актуальна. Многие экономисты уже давно говорили, что меры, которые необходимо принимать для выведения страны из кризиса носят не монетарный характер. Нужны серьезные структурные изменения в экономике, перемены в политике в отношении энергоносителей, развития внутреннего рынка, поддержки собственной промышленности, антимонопольной деятельности и другие фундаментальные реформы, на которые правительство Медведева никогда не пойдет. Я уверен, что существующее правительство этот кризис не преодолеет. Президент должен срочно сменить его. Может быть, тогда будет какой-то прогресс. Но в зависимости от того, конечно, кто придет на это место.

- Рубль по-вашему, будет продолжать падать?

– Нет, я думаю, он сейчас закрепится и до конца года будет сохраняться в районе 50 евро.

- Немного о праздниках. Вы следили за олимпиадой? Отношение запада к России после олимпиады изменилось в лучшую сторону. Сейчас, после ситуации на Украине оно вновь ухудшится?

– Конечно, если говорить, что одна из целей проведения олимпийских игр - создать определенный настрой у людей и какое-то общественное мнение, то в большей мере эта цель ставилась в отношении внутренней политики нашей страны, а не в отношении запада. И, действительно, был подъем некоего патриотизма. Но я считал и считаю, что лучше бы мы выиграли эту олимпиаду в другой стране и за другие деньги. Для меня, конечно, олимпийские игры – это спортивный праздник. Есть события, которые очень запомнились. Например, некрасивый поступок Плющенко, когда он «поставил шлагбаум» молодому спортсмену и отказался от выступления, не дав возможности выступить будущему таланту. Конечно, это не по-спортивному. Мне нравится, когда случаются драматические моменты на таких крупных соревнованиях. Например, когда наш Устюгов упал на лыжне в спринтерской гонке, и в итоге ему пришлось бежать со сломанной палкой, а шведский спортсмен, шедший последним, казалось уже, попрощавшийся с шансами на медаль вдруг выиграл бронзу Олимпиады. Ну и провал сборной по хоккею. Хотя я как раз всегда спорил с моими коллегами и друзьями по поводу того, что мы победим. Ожидания болельщиков были завышены: нервотрепка, журналисты, начальство лезет в раздевалку, на трибунах сам, - все это снижало наши шансы. Команда суперзвезд не всегда выигрывает у сплоченной команды, отдающей борьбе все силы. Как говорится, «порядок бьет класс».

- У многих поменялось мнение после самой олимпиады. Все-таки, это наш праздник, сколько бы он ни стоил.

– Может быть, но в экономике чувства вредны. Можно болеть хоть за кого, но есть и реальная ситуация, в которой мы, если вы помните, собираемся социальную норму по электроэнергии вводить. С людей уже три шкуры содрали за ЖКХ. А посмотрите, какие цены на бензин? Кроме того уже и правительство говорит о подорожании продуктов. Хотя власти пытаются остановить инфляцию, несмотря на рост курса доллара, евро и т.д. Но каким образом? Чудес не бывает. Если предприятие покупает 50-70% сырья за рубежом, а евро вырос на 15-20%, естественно будет рост цен. Все эти разговоры – это сдерживание эмоций населения, но к экономике они ничего общего не имеют. Конечно, должна меняться вся политика. А что происходит в малом и среднем бизнесе? Кстати, на Болотную площадь выходили именно мелкие предприниматели. Это следствие политики поддержки монополий во всех отраслях - рынки отдаются сегодня им. Вся торговля стала монополизированной, и работает над уничтожением малого и среднего бизнеса. А то, что сначала отдали рынок ВТО, а потом решили, что нам надо каким-то образом спасать экономику – о чем это говорит? Правительство Медведева само себе противоречит. Или это одно из проявлений разногласий на нашем олимпе, когда Путин говорит одно, а Медведев - другое. Я, кстати, нашим «единоросам» задавал вопрос: «Вы за Путина или за Медведева?» Они растерялись.

- Хоть какое-то оптимистичное зерно вы видите в нашем будущем?

– Весна наступает. И я надеюсь, что «Абсолют-Агро» сможет провести посевные работы. А в постоянном нарастании кризиса и упорстве федерального правительства в своих ошибках и заблуждениях я пока не вижу никакого оптимизма. Правительство делает какие-то шаги, но базовая политика не меняется, и если так будет продолжаться, то выхода из этого тупика не будет. Хотя, на мой взгляд, у России есть огромные возможности, шансы, потенциал для преодоления кризиса. Наши результаты могли бы быть сравнимы с китайскими результатами.

Беседовала Елена Окатьева

«Бизнес новости в Кирове» , № 10 от 16.03.2014

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru



Размещено: 17.03.2014 10:58:43